RSS Выход Мой профиль
 
С. Степняк-Кравчинский.АНДРЕЙ КОЖУХОВ (роман)|Часть третья


Часть третья
ВСЕ ДЛЯ ДЕЛА

Глава I
ЗАИКА
О
дно из предместий богоспасаемого города Дубрав-ника носит название «Валы» — название, которое звучит довольно странно теперь, когда ни на улицах, ни между большими огородами и запущенными садами этой местности не найдется ни одного холмика.
По всей вероятности, название это более соответствовало действительности во времена оны, когда это место впервые было вызвано к жизни главным образом помещиками в их поисках за городскими резиденциями. Многие из домов и по сю пору сохранили еще следы своего происхождения. Обширные дворы окружены многочисленными службами для размещения десятков слуг, неизменно сопровождавших господ в их периодических переселениях в города. Конюшни, каретные сараи, бани свидетельствуют о попытке наших отцов сохранить по возможности помещичий строй жизни. Самые дома,— те из них, которые еще не пошли на слом для замены новыми,— большей частью деревянные, не без претензии на архитектуру. Там и сям можно видеть балконы, с карнизами и балюстрадами в виде украшения, маленькие башни со спиралями, зубчатые двери и окна, указывающие на капризы фантазии у людей с своего рода артистическими наклонностями.
После освобождения крестьян эти дома от бывших помещиков перешли в руки скупщиков-купцов, так часто заступающих место дворян. Кулаки и спекуля-торы разных наименований недолго оставались в домах, не подходящих для деловых операций и мало для них привлекательных в других отношениях. Они жили в качестве неприятелей, овладевших городом после осады и оставшихся там лишь на время, для того только, чтобы все, имеющее какую-либо ценность, превратить в деньги.
Еще раз «Валы» переменили свой вид и население. Дома, службы и пристройки снимались большею частью мещанами и рабочими. В их глазах главной приманкой была земля, сдававшаяся при домах,— сады и огороды, в которых возделывались овощи. Дома они сдавали жильцам из господ; сами же со своими семьями теснились в пристройках и службах. Такая метаморфоза оказалась самой прочной. Собственники домов повышали цену съемщикам, а эти последние ухитрялись выжимать ренту из своих жильцов. Город представлял рынок для сбыта овощей и давал с каждым годом увеличивавшееся число дачников, для которых слова «природа» и «свежий воздух» имели некоторое значен • е, так что за пользование ими они не прочь были платить по мере сил.
В начале весны 187* года в одном из таких домов сидели у открытого окна два молодых человека. Один из них, юноша лет двадцати, напряженно всматривался в темноту, старательно разглядывая каждого входившего в сферу света тусклого уличного фонаря.
Это был Ватажко. Другой был наш знакомый— Андрей, приехавший в Дубравник с неделю тому назад и поселившийся с товарищем в этом тихом квартале.
— Никого? — спросил он.
— Никого.
— Странно,— заговорил Андрей после небольшой паузы.— Суд должен был кончиться часа три тому назад. Заике давно пора бы быть здесь, Ксению повидать ведь недолго.
— Может быть, ее не пустили на суд,— предположил Ватажко.
— Ну, вот еще! Кого же пускать, коли не барышню с ее положением?
— Ну, так остается предположить, что Заика погиб от взрыва, потому что он никогда не опаздывает,—по--шутил Ватажко.
— Что ж, может быть, и взаправду погиб,—согласился Андрей серьезным тоном.— Он так неосторожно
240
обращается со своим любезным зельем, что может быть взорван каждую минуту.
— Не побежать ли мне к нему справиться?— предложил Ватажко.
— О чем? Взорван он или нет?
— Ну вот! Видел ли он Ксеню и что она ему рассказала.
— Если он взорван, то ничего не скажет, а если нет, то придет тем временем сюда, и вы с ним разойдетесь. Лучше подождем.
Наступило молчание.
— Какая скука!—не выдержал наконец Ватажко.— Уж задам же я Заике, когда он придет!
Он бросил последний безнадежный взгляд на пустую улицу, как вдруг с противоположного конца послышался стук приближающегося экипажа.
— А! Вот он наконец!—весело вскричал Ватажко, мигом забывая свой гнев.
Андрей тоже выглянул в окно и увидел Заику, быстро подъезжающего на открытых дрожках.
Это был человек средних лет, геркулесовского сложения, с черной бородой почти до пояса. Дотронувшись своей длинной рукой до плеча извозчика, он приказал ему остановиться у ворот. Это было против правил, так как извозчика следовало остановить, не доезжая до дома; но Заика, очевидно, спешил.
Через минуту он входил в комнату, нагибая голову, чтобы не удариться о косяк низкой двери. Ватажко успел тем временем запереть окна, спустить занавеску и зажечь пару свечей.
— Ну что, каковы новости?—спросил Андрей.— Рассказывайте скорее.
- — Сейчас, дайте прежде раздеться. Заранее предупреждаю, что ничего особенного,—ответил вошедший, слегка заикаясь.
Вблизи его худая, слегка сгорбленная фигура вовсе не напоминала Геркулеса. Борода при свечах оказалась не черною, а русою, падающей на грудь двумя ; длинными космами. На худом продолговатом лице с длинным прямым носом были замечательны только серые беспокойные глаза, вспыхивавшие иногда каким-то фосфорическим блеском. Глядя на них, прихо- ...
...




<<<---
Мои сайты
Форма входа
Электроника
Невский Ювелирный Дом
Развлекательный
LiveInternet
Статистика

Онлайн всего: 2
Гостей: 2
Пользователей: 0