RSS Выход Мой профиль
 
Василевский Дело всей жизни (О жизни и о себе) книга 1-я| ПОСЛЕСЛОВИЕ

ПОСЛЕСЛОВИЕ

В заключение книги мне хотелось бы поделиться мыслями о руководящих советских военачальниках, о специфике и стиле полководческого труда. Думаю, что это оправдано всем ее содержанием. В предшествующих главах я немало говорил о военачальниках фронтового и армейского уровня, их руководстве войсками, но я писал о них больше в связи с проведением тех или иных операций, в которых участвовал вместе с ними, о деятельности Ставки и Генерального штаба. Однако ряд общих вопросов, касающихся советских полководцев, остались неосвещенными, но они, на мой взгляд, представляют определенный познавательный интерес, к тому же по некоторым из них имеются различные мнения.
Прежде всего несколько слов о самом понятии «полководец».
Полагаю, что точка зрения нашей исторической литературы, согласно которой понятие «полководец» связывается с военачальниками оперативно-стратегического уровня, правильна. Верно и то, что к категории полководцев следует относить тех военачальников, которые наиболее ярко проявили на полях сражений свое военное искусство и талант, мужество и волю к победе.
Видимо, справедливо будет отнести к их числу прежде всего командующих фронтами и армиями. На их плечи ложилась наибольшая ответственность за успехи войск. Только они, опираясь на военные советы и штабы, умело используя хорошо вооруженные и оснащенные войска, могли успешно решать задачи Ставки Верховного Главнокомандования при проведении стратегических операций. Сомнения в том, следует ли относить к полководцам даже самых талантливых командармов, на мой взгляд, неосновательны. Современная армия представляет крупное и основное общевойсковое или иное объединение во фронте при осуществлении планов стратегических операций. Роль командующих армиями, будь то общевойсковая, танковая или воздушная, велика, и талантливые командармы — а у нас в Вооруженных Силах почти все командующие армиями, особенно к концу Великой Отечественной войны, были таковыми, — безусловно, являлись опытнейшими полководцами.
Огромная заслуга Коммунистической партии состоит в том, что она сумела в ходе войны выдвинуть и воспитать кадры советских военачальников, которым оказалось по плечу руководство войсками фронтов и армий. В книге я приводил слова И. В. Сталина о том, что «у нас нет своих Гинденбургов», то есть полководцев. Эти слова были сказаны в полемике весной 1942 года, когда наши войска потерпели неудачу на юге. И. В. Сталин считал, что у нас есть свои отличные полководцы, и гордился ими. Несомненно и то, что наши командующие решали задачи, куда сложнее и труднее и с большим блеском, чем это делал упомянутый немецкий генерал в первую мировую войну.
Конечно; не сразу у нас появилось достаточное количество одаренных и опытных военачальников. В первый год войны мы постоянно испытывали нехватку в генералах на руководящие должности, особенно на должности командующих фронтами и армиями. Они часто менялись, порой даже не успев показать, на что способны. Но уже тогда у нас было немало хорошо подготовленных полководцев, таких, как Г. К. Жуков, И. С. Конев, К. К. Рокоссовский, Н. Ф. Ватутин, Р. Я. Малиновский, Л. А. Говоров, С. К. Тимошенко и многие другие.
Думаю, что неправомерно противопоставлять молодые кадры старым. Точка зрения, будто вооруженную борьбу выиграли главным образом молодые кадры, не выдерживает критики. Руководящие должности в Вооруженных Силах, в том числе командующих фронтами и армиями, занимали в большинстве случаев военачальники с опытом гражданской войны. И если кто-то оказался не у дел, то возраст здесь ни при чем. Я уже отмечал, что Маршал Советского Союза Г. И. Кулик не смог ни командовать армией, ни выполнять обязанности представителя Ставки. И определялось это не возрастом, а недостаточной подготовкой, личными качествами. Он просто оказался не на месте.
Я писал, что командующий Южным фронтом Д. Т. Козлов во многом виноват, что операция по освобождению Крыма в 1942 году провалилась, за что он был отстранен от работы. Но Д. Т. Козлов — честный и преданный Родине генерал. Он не справился с возложенными на него обязанностями командующего фронтом лишь потому, что эта должность оказалась ему не под силу. Когда же Д. Т. Козлов был назначен заместителем командующего фронтом, он работал успешно. Подобные истории случались и при назначении на должности командующих армиями. Война — самая суровая проверка умения управлять войсками. Вполне естественно, что не каждый военачальник, назначенный командующим фронтом или армией, с честью выдержал это испытание и стал достоин признания как полководец.
Решающим мерилом успешной полководческой деятельности в годы войны, конечно, являлось искусство выполнять задачи стратегических фронтовых и армейских операций, наносить противнику серьезные поражения. Наши командующие фронтами и армиями в целом с этим успешно справлялись. Об этом говорят все наши наступательные операции, особенно начиная со Сталинградской битвы. Каждую из них можно считать не только свидетельством мужества и несгибаемой воли командно-политического состава, но и блестящим образцом организации и обеспечения этих операций, наиболее выгодного сочетания всех привлекаемых к ним родов войск, искусного управления ими в ходе операций, немедленного и правильного реагирования на все сложнейшие изменения в боевой и оперативной обстановке. В результате этих операций мы били врага и били, как правило, по-суворовски — не числом, а умением.
Наши командующие фронтами и армиями располагали знаниями и опытом, они были талантливыми военачальниками, умеющими правильно оценивать оперативно-стратегическую обстановку, принимать более удачное и неожиданное для врага решение по ней, совместно со своим штабом разработать наиболее простой, но не шаблонный и выгодный для войск план проведения операции, быстро и тщательно подготовить войска для выполнения принятого решения. И еще они имели твердый и решительный характер.
У меня самые хорошие воспоминания о работе командующих фронтами и армиями. Конечно, они не были одинаковыми; в стиле полководческой деятельности каждого из них было что-то свое, обусловленное предшествующим опытом военной службы, характером. Различными были и отношения командующих со штабами, роль которых в руководстве войсками очень и очень велика. Полководческий стиль К. А. Мерецкова, которого Сталин шутливо называл «мудрым Яро-славцем», на мой взгляд, отличали обстоятельность и предусмотрительность в хорошем понимании этих слов. Кирилл Афанасьевич предпочитал свои решения по фронту предварительно согласовывать с Генеральным штабом, обязательно выяснял мнение «высшей инстанции» по той или иной разрабатываемой проблеме. Г. К. Жуков, отличавшийся довольно решительным и жестким характером, решал вопросы смело, брал на себя полностью ответственность за ведение боевых действий; разумеется, он держал связь со Ставкой и нередко подсказывал ей целесообразное решение. К разработке операций Г. К. Жуков подходил творчески, оригинально определяя способы действий войск. Думаю, не ошибусь, если скажу, что Г. К. Жуков — одна из наиболее ярких фигур среди полководцев Великой Отечественной войны.
Пожалуй, столь же сильный характер имел И. С. Конев. По моим наблюдениям, он любил много бывать в войсках. Как только примет решение на проведение операции, тотчас же отправляется в армии, корпуса и дивизии и там, используя свой богатейший опыт, готовит войска к боевым действиям. Все остальные дела по плану операции выполнял у него штаб. Незабываемый К. К. Рокоссовский был щедро одарен полководческим талантом. Его также отличало особое умение прочно опираться на штаб при решении оперативных вопросов и в управлении войсками. С начальником же штаба генералом М. С. Малининым у Константина Константиновича были самые теплые отношения. Когда в конце войны К. К. Рокоссовскому пришлось отбыть на другой фронт, они расставались, по словам М. С. Малинина, со слезами на глазах. Это была деловая и хорошая дружба.
Несколько иные отношения сложились со штабами у Р. Я. Малиновского и Ф. И. Толбухина. Раньше они сами работали в штабах и поэтому значительную часть функций при подготовке плана брали на себя. Ими написано большинство документов по операциям. У других командующих это делали начальники штабов. По характеру Родион Яковлевич был жестковат. Федор Иванович отличался мягким характером, но его удачно дополнял начальник штаба генерал С. С. Бирюзов, твердый и непреклонный в осуществлении принятых решений.
Требовательным и настойчивым был Л. А. Говоров. Внешне он казался сухим и даже угрюмым, но на самом деле был добрейшим человеком. Он никогда ни на кого не повысит голоса, и если был чем-то недоволен, то либо смолчит, либо пробурчит что-то про себя. Организованности Леонида Александровича можно было позавидовать. Ни один офицер управления фронта не сидел у него без дела. Он отлично знал работу штаба, но не брал на себя функции, которые надлежало выполнять начальнику штаба. Много положительного было в работе и В. Д. Соколовского, особенно это касалось разработки планов операций. Он успешно справлялся с обязанностями как начальника штаба фронта, так и командующего войсками фронта. Однако наиболее ярко он проявил себя на штабной работе — в качестве начальника штаба фронта, а после войны — начальника Генерального штаба.
Несомненно, одаренным полководцем является И. X. Баг-рамян. Он обладает и командным и штабным опытом, что помогало ему успешно решать как вопросы руководства войсками, так и разработки планов операций, при этом он непременно старался изыскать кратчайшие пути к победе. Характер у Ивана Христофоровича также твердый, непреклонный.
Кое-кто стремится отождествить твердость характера полководца с грубостью. Проявление фактов грубости со стороны отдельных военачальников иногда встречалось, но, думается, нельзя путать эти два понятия. Я не считаю грубость признаком характера полководца, тем более элементом руководства войсками. Все дело, на мой взгляд, в умении военачальника управлять собой.
Как-то я прибыл с фронта в Ставку. Дела на фронте шли хорошо. Верховный Главнокомандующий был доволен представителями Ставки. Помню, обращаясь ко мне, он сказал:
— Товарищ Василевский, вы вот такой массой войск руководите и у вас это неплохо получается, а сами, наверно, и мухи никогда не обидели.
Это была шутка. Но, скажу откровенно, что не всегда легко было оставаться спокойным и не позволить себе повысить голоса. Но... сожмешь, бывало, до боли кулаки и смолчишь, удержишься от ругани и окрика. Умение вести себя в отношении подчиненных с достоинством — непременное качество советского военачальника.
Подходя к каждому военачальнику со знанием его индивидуальных качеств, Ставка Верховного Главнокомандования осуществляла руководство командованием фронтами, вооруженной борьбой в целом не шаблонно, а применяя в каждом отдельном случае наиболее целесообразные формы и методы.
Как известно, в начале войны, когда управление войсками было крайне затруднено, Ставка осуществляла стратегическое руководство через главные командования направлений. Когда положение на фронтах стало принимать более или менее стабильные формы, главные командования направлений последовательно были упразднены и Ставка взяла непосредственное руководство фронтами на себя. Начиная с 1942 года Ставка, как уже говорилось, при организации и проведении крупных наступательных операций силами нескольких фронтов, для координации их действий, а в дальнейшем и для руководства ими, для оказания помощи фронтам посылала своих представителей. Направляя представителей Ставки на фронты, Верховный Главнокомандующий обычно говорил: «Решение принято, операция спланирована, директивы фронтам даны, задачи поставлены и теперь перед Ставкой встает основная задача — помочь командованию и войскам фронтов правильно понять поставленные перед ними задачи, хорошо подготовиться и успешно выполнить их. И это обязаны будете сделать вы, как ответственные представители Ставки».
В последний год войны, когда протяженность советско-германского фронта резко сократилась, число действующих фронтов уменьшилось, а стратегическая значимость действующих на основных направлениях фронтов возросла, надобность в создании промежуточных звеньев стратегического руководства отпала и непосредственное руководство фронтами Ставка вновь взяла на себя, возложив при этом командование фронтами на решающих направлениях на наиболее опытных военачальников — Г. К. Жукова, И. С. Конева, К. К. Рокоссовского.
Не лишним будет вновь подчеркнуть, что Ставка Верховного Главнокомандования не только помогала фронтам, но зачастую и учила их искусству побеждать. Подтверждением этому могут служить приведенные мною в ряде глав книги архивные документы. Позволю себе привести здесь еще один документ, свидетельствующий об этом. Он был направлен в адрес командующих фронтами в период подготовки Сталинградского контрнаступления. В нем говорилось:
«При проведении наступательных операций командующие фронтов и армий иногда смотрят на установленные для них разграничительные линии как на забор и как на перегородку, которые не могут нарушаться, хотя бы этого требовали интересы дела и меняющаяся в ходе операции обстановка.
В результате наши армии при наступлении идут вперед прямо перед собой, в пределах своих разграничительных линий, не обращая внимания на своих соседей, без маневра, который вызывается обстановкой, без помощи друг другу и тем облегчают маневр противнику и представляют ему возможности бить нас по частям.
Ставка разъясняет, что разграничительные линии определяют лишь ответственность командиров за определенный участок или полосу местности, в которых выполняется ими полученная боевая задача, но их нельзя рассматривать как неизменные и непереходимые перегородки для армий. В ходе операций обстановка часто меняется. Командующий обязан быстро и правильно реагировать на это изменение, обязан маневрировать своим соединением или армией, не считаясь с установленными для него разграничительными линиями.
Ставка Верховного Главного Командования, разъясняя это, разрешает и представляет право командующим фронтами менять в ходе операций разграничительные линии между армиями фронта, менять направление удара отдельных армий в зависимости от обстановки с тем, чтобы впоследствии сообщить об этом Ставке.
Командующим фронтами немедленно разъяснить эти указания всем командующим армиями.
Ставка Верховного Главнокомандования
И. СТАЛИН А. ВАСИЛЕВСКИЙ» 1

1 Архив МО СССР, ф. 206, оп. 294. д. 1. л. 200.

Ставка неукоснительно требовала от командующих фронтами подчинять интересы своего фронта общей стратегии вооруженной борьбы. И если командующий фронтом, выполняя директивы Ставки, вносил новые предложения, но не выходящие за рамки общего стратегического замысла, то Ставка не только охотно принимала их, но и всячески поощряла таких командующих.
Существенную помощь командующим фронтами и армиями оказывал Генеральный штаб, который по праву назывался рабочим органом Ставки. На нем лежал широкий круг обязанностей как по разработке стратегии, планов операций, так и в организационно-практическом отношении.
В Ставке определялись первоочередность задач и замысел операции, кампании. Практическая же разработка операций, все расчеты, связанные с этим, осуществлялись в Генеральном штабе. Он вел непрерывный сбор сведений о складывающейся обстановке на всем театре войны. Работники Генерального штаба изо дня в день держали связь с фронтами, обрабатывали поступающую от них информацию, а также все сообщения разведывательных органов. Важнейшие сведения и общие выводы докладывались Верховному Главнокомандующему, и только после этого принимались решения. Важность подобной работы Генштаба очевидна. В войне без знания обстановки на фронтах на каждый день невозможно успешно руководить боевыми действиями.
Генеральный штаб помогал командующим и штабам фронтов и армий в планировании операций и осуществлял контроль за выполнением. Он провел большую работу по укомплектованию войск фронтов и армий и подготовке их к операциям. В поле зрения Генерального штаба постоянно находились стратегические резервы, а также соотношение сил по каждому фронту и направлениям, при их подготовке к боевым действиям. На работниках Генерального штаба лежала обязанность следить за точностью выполнения командованием фронтов и армий оперативных решений и директив Ставки. Они были в курсе успехов и неудач фронтов и армий, знали их нужды и с ведома Ставки принимали меры к удовлетворению их запросов. Должен отметить, что, пожалуй, самой сложной проблемой для нас, генштабистов, было материальное обеспечение фронтов. Мы вели большую работу, связанную с направлением заявок в правительство на поставку войскам военной продукции, и народное хозяйство давало нам максимум того, что могло дать.

Деятельность Генерального штаба находила понимание и поддержку со стороны командующих фронтами. Положительно отозвался о ней Г. К. Жуков. Должен с удовлетворением отметить, пишет он, что наш Генеральный штаб «был на большой высоте в искусстве планирования крупных стратегических и наступательных операций и кампаний».
Мне же особенно хочется отметить работу моих основных и непосредственных помощников — А. И. Антонова, С. М. Штеменко, А. А. Грызлова, Н. А. Ломова. Подлинными мастерами и прекрасными организаторами штабной работы показали себя и другие товарищи.
Завершая свои записки, не могу не сказать доброго слова о нашей славной когорте политработников. От их плодотворной деятельности во многом зависело моральное состояние, боеготовность и боеспособность наших войск. Политработников касалось буквально все. За все они отвечали, все должны были знать. Правильно ли усвоили бойцы свои боевые задачи, в каком состоянии их оружие и боевая техника, как они накормлены, обуты, одеты и как будут обеспечиваться в ходе боя, выспались ли они, читали ли последние газеты,— да разве перечислишь все, о чем обязан был позаботиться политработник, готовя войска к бою! А в бой он шел вместе с бойцами, ведя за собой коммунистов и показывая личный пример. И если наши войска на протяжении всей войны, и даже в самые тяжелые для них моменты, не теряли веры в победу и сохраняли высокие морально-боевые качества, то в этом была большая заслуга политработников.
И мне при выполнении заданий Ставки во многом помогали политработники — военных советов и начальники политуправлений фронте» и политотделов армий. Тесный контакт я неизменно поддерживал с командирами и политработниками почти на всех командных инстанциях сверху донизу. Должен сказать, что все они хорошо знали проблемы управления войсками, их материального обеспечения и, конечно, политической и морально-психологической подготовки воинов. Среди них можно назвать В. Н. Богаткина, Л. И. Брежнева, С. Ф. Галаджева, П. И. Горохова, К. А. Гурова, А. А. Епишева, А. С. Желтова, К. В. Крайнюкова, Д. С. Леонова, М. М. Пронина, Н. К. Смирнова, Н. Е. Субботина, И. 3. Сусайкова, М. А. Суслова, А. Н. Тевченкова, К. Ф. Телегина, И. В. Шикина, Т. Ф. Штыкова и других.
Мне пришлось несколько раз не соглашаться с И. В. Сталиным, когда при вызове в Ставку командующих не приглашались вместе с ними члены военных советов, наравне с командующими отвечавшие за выполнение решений Ставки. Обычно Сталин говорил в таких случаях, что их не следует отрывать от руководства повседневной партийно-политической работой. За время своей длительной работы на фронтах я непосредственно убедился, какую огромную помощь командующему они оказывали при принятии оперативных решений, при разработке планов и проведении их в жизнь. Мне казалось, что участие членов военных советов наряду с командующими фронтов в разработке Ставкой той или иной операции принесло бы очень большую пользу.
Несколько слов об оперативно-стратегическом руководстве вооруженной борьбой в годы войны. В борьбу с Германией мы вступили, имея за плечами опыт гражданской войны и развития военного дела в годы мирного социалистического строительства. Это была солидная школа управления войсками. Но уже первые дни войны показали, что для разгрома врага ее недостаточно. Нужно было решительно перестраиваться, научиться сначала обороняться, а потом вести мощные наступательные действия.
Период оборонительных боев был наиболее трудным. Управление войсками осуществлялось под сильным воздействием противника. Естественно, что не все получалось так, как хотелось бы, допускались просчеты. Установка на то, чтобы вести не просто оборонительные действия, а активную оборону, повысила требования к командующим фронтами и армиями.
Коммунистическая партия заботливо направляла усилия наших военачальников на то, чтобы они овладели искусством активной обороны. Уже Смоленское сражение показало возросший уровень руководства войсками. Наши войска стали ожесточеннее бороться за стратегическую инициативу, стремились сбить наступательный пыл врага, заставить самого его обороняться. Постепенно улучшилась и подготовка оборонительных позиций, занимаемых нашими частями и соединениями. Стали более умело проводить и инженерное оборудование, организацию противотанковой и противовоздушной обороны, эффективнее использовать танки и артиллерию для контратак.
По плечу командующим фронтами и армиями оказалось проведение высшей формы активной обороны — контрударов. В первый период войны их было организовано свыше тридцати. В ходе контрударов противник нес существенные потери, утрачивал ритм в наступательных действиях. Контрудары, осуществленные 1-й ударной и 20-й армиями севернее Москвы, а также действия усиленного кавалерийского корпуса в районе Каширы позволили советским войскам перейти в контрнаступление под Москвой. В активной обороне ярко проявилось полководческое дарование Г. К. Жукова. Успешно руководил войсками командующий Калининским фронтом И. С. Конев. С самой лучшей стороны проявили себя многие командующие армиями.
Сталинградская битва, закончившаяся нашей блистательной победой, продемонстрировала зрелость и силу оперативно-стратегического руководства советскими войсками. Стратегической инициативе противника был нанесен смертельный удар. Настало долгожданное время наступления советских войск. Командующие фронтами и армиями взялись за овладение искусством наступательных операций. Пришлось перестраиваться как в образе мышления, так и в стиле руководства войсками. Нужно было научиться работать более оперативно, привыкнуть к подвижному характеру боевых действий, улучшить работу штабов, служб и особенно тыла. Не всем это удавалось. Помню, как трудно осваивал наступательные действия командующий Северо-Кавказским фронтом И. Е. Петров. Он умело руководил оборонительными действиями Приморской армии под Севастополем, показал знание оперативного искусства и личное мужество. Но, встав во главе наступающего фронта, он подрастерялся, и мы почувствовали перебои в действиях войск, и кое-кто уже внес предложение об его освобождении. Но Верховный Главнокомандующий ответил:
— Петрова нужно не освобождать от работы, а научить вести наступление. Учтите, что он ни разу в жизни не наступал.
Прошло какое-то время, и И. Е. Петров стал неплохо проводить наступательные операции.
Готовить и проводить наступательные операции было отрадно. У командующих фронтами и армиями появилось больше смекалки, инициативы. Каждая из проведенных ими операций отличалась не только оригинальностью замысла, но и методов ее осуществления. Наши командующие умели определить направление главного удара, могли хорошо осуществлять массирование сил и средств на решающих направлениях, организовывать взаимодействие войск, проводить скрытно, в тайне от противника, подготовку операций. Они научились мастерски ставить задачи войскам и проводить необходимое оперативное их построение.
Советские войска хорошо освоили и самую решительную форму наступления — окружение с целью уничтожения крупных группировок противника. Такие операции, как Сталинградская, Курская, Белорусская, Корсунь-Шевченковская, Ясско-Кишиневская, Будапештская, Берлинская, Пражская, вошли золотой страницей в летопись советского военного искусства.
Победа Советского Союза в Великой Отечественной войне показала, что военная организация социалистического государства, как и весь социалистический строй, оказалась совершеннее, могущественнее военной организации фашистского государства. Победа над гитлеровской армией знаменовала собой превосходство советской науки, военного искусства над буржуазной военной наукой и военным искусством. Советская стратегия была реалистической, основывалась на глубоком и правильном понимании политической обстановки и общих условий ведения вооруженной борьбы.
Характерна в этом отношении оценка советского военного руководства, которую дал Франц Гальдер, бывший с сентября 1938 по сентябрь 1942 года начальником генерального штаба германских сухопутных войск и считавшийся одним из крупнейших немецких специалистов: «Исторически небезынтересно исследовать, как русское военное руководство, потерпевшее крушение со своим принципом жесткой обороны в 1941 году, развивалось до гибкого оперативного руководства и провело под командованием своих маршалов ряд операций, которые по немецким масштабам заслуживают высокой оценки, в то время, как немецкое командование под влиянием полководца Гитлера отказалось от оперативного искусства и закончило его бедной по идее жесткой обороной, в конечном итоге приведшей к полному поражению. Это постепенное изменение немецкой стратегии, в ходе которого отдельные способные военачальники в 1943 году и далее в 1944 году успешно провели ряд частных наступательных операций, не может быть рассмотрено детально. Над этим периодом в качестве приговора стоит слово, высказанное русской стороной в процессе резкой критики действий немецкого командования: порочная стратегия. Это нельзя опровергнуть».
Опыт оперативно-стратегического руководства войсками в годы войны во многом стал достоянием истории. Вооруженные Силы сейчас развиваются в условиях мощного научно-технического прогресса. Но это, полагаю, все же не должно служить поводом для принижения роли полководцев, о чем иногда прямо или косвенно приходится слышать. Научно-техническая революция внесла много нового в военное дело, в стиль и методы руководства войсками. Но говорить, что полководца вытеснил инженер с вычислительной машиной, на мой взгляд, неправомерно. Понятие «полководец» является не просто красивым званием для военачальника или данью прошлому. Оно отражает специфику ведения вооруженной борьбы, показывает, что в ее ходе и исходе играют большую роль одаренные и волевые военачальники.
Значение электронной техники и в военном деле огромно. Сейчас военачальник как никогда подготовлен в научном отношении и умеет пользоваться ею в своей работе. Но вряд ли можно ставить вопрос о полном моделировании боевых действий. Вооруженная борьба — это такая форма отношений, где участвуют две враждебные стороны и где характер усилий противника может быть постоянно меняющейся величиной со многими неизвестными. При этом что ни военачальник, — особые данные знаний, опыта, характера. И в ходе военных действий они могут также изменяться. Этим, конечно, я не отрицаю ни возможностей вычислительной техники, ни ее роли в вооруженной борьбе.
Завершая свою книгу, я хочу отдать должное главному герою Великой Отечественной войны — советскому рядовому бойцу и партизану, младшему, среднему и старшему командному и политическому составу наших славных Вооруженных Сил. Это они, воспитанные и взращенные нашей мудрой Коммунистической партией, ведомые ею, сумели отстоять честь и свободу Родины, изгнать с ее земли фашистских захватчиков, помогли освободиться от них народам Европы. Я восхищаюсь стойкостью и мужеством советских воинов, отвагой и героизмом, проявленными ими на полях сражений, их дисциплинированностью, умением переносить любые трудности, их неисчерпаемой верой в нашу победу.
Своей исторической победой советские люди обязаны Коммунистической партии. Она мудро вела народ и его армию сквозь все испытания и трудности войны к полному разгрому фашистской Германии и милитаристской Японии. Она сумела подчинить все материальные и духовные силы страны интересам вооруженной борьбы, обеспечить единство политической и военной стратегии, единство политического и военного руководства в войне. Партия выковала несокрушимую монолитность и величайшую моральную стойкость народа, создавшего невиданный экономический и военный потенциалы страны, что позволило нам с таким блеском решить все задачи войны, с честью отстоять завоевания Великого Октября, свою социалистическую Отчизну. Руководство Коммунистической партии — один из решающих источников нашей победы в Великой Отечественной войне.
Я счастлив, что являюсь свидетелем нового гигантского скачка в развитии военного дела, наших Вооруженных Сил. Да, выросли они, во многом стали выше, заметен прогресс и в подходе к вопросу управления. «И сегодня наши Вооруженные Силы, — говорит Генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев,— надежный щит социалистической Родины, гарантия мирного труда народа, строящего коммунизм. Советский народ высоко ценит и любит свою армию, понимая, что, пока существуют на земле силы агрессии, без хорошо оснащенной армии не обойтись».
Коммунистическая партия делает все необходимое, чтобы наши Вооруженные Силы всегда и непременно были на уровне задач защиты социалистической Родины.
Хотелось бы от всей души пожелать личному составу наших героических Вооруженных Сил, с которыми так тесно было связано дело всей моей жизни, весь мой труд, всегда быть верными фронтовым традициям, настойчиво совершенствовать боевую выучку, увеличивать число отличников боевой и политической подготовки, повышать политическую сознательность, как зеницу ока, беречь самое дорогое, что у нас есть,— нашу славную социалистическую Родину.




<<<---
Мои сайты
Форма входа
Электроника
Невский Ювелирный Дом
Развлекательный
LiveInternet
Статистика

Онлайн всего: 3
Гостей: 3
Пользователей: 0